Весло и парус

Читая Александра Дюма

Миссия невыполнима


Беллетристика есть мерка богатства всякой литературы. И ни одна литература в мире не может равняться в этом отношении с французскою. Искусство писать до того развилось во Франции, что как будто сделалось второго природою французов. Оттого во Франции есть что читать, да и вся Европа читает французских писателей, все европейские литературы живут переводами с французского. В самом деле, что такое все эти романы - "Матильда", "Парижские тайны", "Вечный жид", "Королева Марго", "Монте-Кристо", "Ночи на кладбище отца Лашеза", если не блестящие произведения беллетристики, наполненные всевозможными натяжками, неестественностями, эффектами и в то же время, местами, блистающие вдохновением, умом, мыслию, всегда живые и занимательные? Они недолговечны, потому что их авторы - обыкновенно таланты, не гении, и пишут не для потомства, не для веков, а только для того года, в который пишут. Все эти романы и повести, пошумев на белом свете, скоро забудутся, но смененные другими, - и таким образом публике всегда есть что читать. Если вы не любите эфемерных произведений беллетристики, любя только художественные создания, - не читайте их, но и не браните, не презирайте беллетристики: она и без вас найдет себе множество читателей и будет им полезна, благотворно действуя на их образование и доставляя им умное и благородное развлечение. Пусть аристократы искусства читают только своих привилегированных авторов: масса публики тоже должна иметь свою литературу. И если какая-нибудь литература удовлетворяет вдруг тому и другому требованию, - тем больше ей чести и славы!..
          В. Г. Белинский Карманная библиотека. Граф Монте-Кристо, роман Александра Дюма (1845)


Который уже раз возвращаясь к «Графу Монте-Кристо», с превеликим удовольствием следую за Эдмоном Дантесом в его необыкновенных приключениях.


Кадр из фильма «Граф Монте-Кристо» (Touchstone Pictures, 2002). В роли Эдмона Дантеса – Джеймс Кевайзел (James Caviezel).


Сегодня задумался, мог ли реально доплыть наш герой от острова, на котором расположен замок Иф, до первого его убежища на острове Тибулен. Исходными текстами для анализа стал перевод Строева и Олавской и оригинальный текст Le Comte de Monte-Cristo издания C. Lévy, 1889 г.

Два слова о переводе и переводчиках. Первый русский перевод романа, который осуществлен был Владимиром Михайловичем Строевым, появился в 1846 году. В.Г. Белинский, мнение которого о «Графе Монте-Кристо» мы привели в начале поста, высоко ценил мастерство перевода Строева. Говоря, правда, о «Парижских тайнах» Эжена Сю, а не о Дюма, Белинский писал: «Перевод г. Строева больше, чем хорош: он принадлежит к числу таких переводов, которые у нас редко появляются». Однако со временем потребовалась новая редакция текста, которую в 1931 году выполнила Л. И. Олавская. Все дальнейшие переиздания делались с этого перевода, правда часто без указания переводчика. Еще одна попытка создать новую редакцию перевода была предпринята сразу после войны известной переводчицей Норой Галь, но, как она сама вспоминает, работа не была завершена :


«А еще готовился к печати очень слабый старый перевод «Графа Монте-Кристо», Вера Максимовна взяла меня на эту работу чуть ли не полноправным соредактором. Насколько возможно было, еще и в спешке, мы убрали грубые смысловые ошибки и самые страшные словесные ляпы, и в таком виде перевод перепечатывается почти полвека. Но В.М. учила еще одному: переписать плохой перевод невозможно. А заново эти 80 с хвостиком печатных листов едва ли кто-нибудь когда-нибудь переведет»
          Нора Галь: Воспоминания. Статьи. Стихи. Письма. Библиография


Составитель этой публикации Д.Кузьмин пишет:


«В издании 1946 г. указано: «Перевод под редакцией Н.Галь и В.Топер» – такая формула использовалась в 40-70-е гг. для старых переводов, подвергшихся полной переработке. Однако, как пишет Нора Галь, «для переиздания в 50-х гг. нам не дали пересмотреть и еще раз поправить текст, как всегда со всякой своей работой делала ВМ и делаю я, и потому мы свои фамилии с титульного листа сняли» (Е.Комаровой, 20.04.1987). В некоторых последующих изданиях были восстановлены имена авторов старого перевода Л.Олавской и В.Строева.
К изданию 1991 г. (Дюма А. Собр.соч. в 15 тт., тт.9-10. – М.: Правда, 1991. – Библиотека «Огонек») НГ заново пересмотрела роман, подвергнув его значительной правке; однако итог работы все-таки не удовлетворил НГ полностью, а потому она настояла на том, чтобы в выходных данных этого издания был указан особый псевдоним – «Г.Нетова».»


Вот коротко и все о переводе.

Вернемся к содержанию.

Итак, освободившись от савана, Дантес начал осматриваться.


«Из островов, окружающих замок Иф, Ратонно и Помег – ближайшие; но Ратонно и Помег населены, населен и маленький остров Дом, а потому самыми надежными были острова Тибулен и Лемер; оба они расположены в миле от замка Иф.»


Взглянем на снимок Марсельского залива из космоса.


Даже беглого взгляда достаточно, чтобы понять, что между островами Иф и Тибулен никак не одна миля. Обратимся сначала к оригиналу. Ну да, как обычно, полный произвол при переводе единиц измерения. В оригинальном тексте: les îles de Tiboulen et de Lemaire sont à une lieue du château d’If. Т.е. между островами одно льё . А во времена графа Монте-Кристо (вспомним, что побег он совершил 28 февраля 1829 года после 14 лет пребывания в заключении) морское льё равнялось одной двадцатой длины градуса меридиана или 5 556 метрам. Это уже ближе к истине, но все равно не соответствует реальному измерению по карте. Рассмотрим упрощенную схему данного района Марсельского залива:


Расстояние от замка Иф до Тибулена более 7 км. Расстояние очень даже приличное, учитывая, что события происходят в конце февраля, когда средняя температура воды в Марсельском заливе +11 – 12 °, а воздуха днем +12°, а ночью +2°.


Дантес тем не менее решил доплыть до одного из этих островов. Но как найти их во мраке ночи, который с каждым мгновением становится все непрогляднее?
В эту минуту он увидел сиявший, подобно звезде, маяк Планье.

Держа прямо на маяк, он оставлял остров Тибулен немного влево. Следовательно, взяв немного левее, он должен был встретить этот остров на своем пути.

… он плыл и плыл…
Так прошел целый час, в продолжение которого Дантес, воодушевленный живительным чувством свободы, продолжал рассекать волны в принятом им направлении…

«Скоро час, как я плыву, – говорил он себе, – но ветер противный, и я, должно быть, потерял четверть моей скорости. Все же, если я не сбился с пути, то, вероятно, я уже недалеко от Тибулена. Но что, если я сбился!»

… Вдруг ему показалось, что небо, и без того уже черное, еще более темнеет, что густая, тяжелая, плотная туча нависает над ним; …. Дантес протянул руку и нащупал что-то твердое. Он подогнул ноги и коснулся земли. Тогда он понял, что он принял за тучу.

В двадцати шагах от него возвышалась груда причудливых утесов, похожая на огромный костер, окаменевший внезапно, в минуту самого яркого горения. То был остров Тибулен.


Из этой длинной цитаты ясно, что Дантес плыл, не имея никаких ориентиров, по бурному морю, лишь держась левее направления на маяк. Мог ли он в такой обстановке выйти на крошечный остров, расположенный в 7 км? Ясно, что это могло случиться только чудом. Одного взгляда на карту достаточно, чтобы понять нереальность этого чуда.

Другим чудом является то, что за один час с небольшим в холодной воде при сильном волнении Дантес проплыл более 7 км (пусть даже, как в романе, одно льё, т.е более пяти с половиной километров.)

Абсолютный рекорд по скорости в плавании был поставлен американским пловцом Майклом Фелпсом. Он проплыл 200 метров баттерфляем за 1 : 52 : 03 секунд, установив новый мировой рекорд. Его скорость, таким образом, составила 1, 64 метра в секунду, что соответствует почти 6 километрам в час. Дантес не Фелпс, и плыл не 200 м, а 7 км, и не в идеальных условиях плавательного бассейна, а в ночном холодном беспокойном море.

Подобную обстановку можно сравнить с следующим примером. Пловец-марафонец Олег Софяник совершил заплыв на дистанцию шесть километров в Севастопольской бухте 8 марта, стартовал он в 8.46 и финишировал в 12.11, т.е 6 км проплыл за 3 часа 25 мин. Плыть было достаточно тяжело, поскольку дул сильный северо-восточный ветер, а температура воды составляла около 5 градусов тепла, температура воздуха - около нуля. Но и это специально организованный заплыв.

Ясно, что миссия Дантеса в реальной обстановке была бы невыполнима и бедный Эдмон был обречен.

Дальнейшие приключения Дантеса обсудим в следующий раз.