Кипрская война
Осада Никосии
В ночные штурмы суматохи не оберешься: много шуму, мало толку; то ли дело днем - любо взглянуть врагу в лицо, видишь куда бить и кого бить.
А. Бестужев-Марлинский. Осада
Возникает вопрос: только ли политические трения между членами антиосманской коалиции препятствовали оказанию быстрой и организованной помощи венецианцам, оказавшимся в беде на Кипре? Неужели все было так примитивно глупо со стратегическим мышлением у представителей западной цивилизации в то время?
Нет, просто надо признать: стратегически турки переиграли и Венецию, и всю христианскую коалицию. Османские военачальники, выдвинув армию и флот к Кипру, обеспечили глубоко эшелонированные заграждения на дальних подступах к острову. Венеция, имея галерную эскадру на Крите, не решилась послать ее на помощь своим кипрским собратьям, опасаясь удара в тыл со стороны турецких галер на Родосе, которых оставалось там около 60 единиц. Венецианцы ждали помощи от флота союзников, который тусовался на итальянском каблучке, в Отранто, и прибыл на Крит лишь в сентябре, к концу галерного сезона. Имея 187 галер, 12 галеасов, 6 больших нефов (Военная энциклопедия, 1911-1914), союзники заняли выгодное положением между Кипром и Константинополем и могли бы при наличии единой воли атаковать турецкую эскадру на Родосе и двинуться к Кипру. Конечно, угрозу осуществлению такого плана могли составить силы турецкого флота под командованием Муэдзинзаде Али-паши, которые благоразумно остались в Морее. Но союзники даже не пытались приступить к практическим действиям. Долгие прения между командующим папским контингентом и главнокомандующим объединенными силами Марко Антонио Колонной, адмиралом испанских галер Джованни Андреа Дориа и венецианским флотоводцем Джироламо Зане привели к банальному опозданию: флот коалиции подошел к острову Кастелоризо только 22 сентября. И только там союзники узнали, что Никосия пала еще 9 сентября. Так почему же так мало времени продержалась крепость? Посмотрим, как были организованы ее осада и оборона.
28 июля 1570 года Лала Мустафа-паша разместил штаб своих сил на холмах к юго-востоку от крепости.
Нет, просто надо признать: стратегически турки переиграли и Венецию, и всю христианскую коалицию. Османские военачальники, выдвинув армию и флот к Кипру, обеспечили глубоко эшелонированные заграждения на дальних подступах к острову. Венеция, имея галерную эскадру на Крите, не решилась послать ее на помощь своим кипрским собратьям, опасаясь удара в тыл со стороны турецких галер на Родосе, которых оставалось там около 60 единиц. Венецианцы ждали помощи от флота союзников, который тусовался на итальянском каблучке, в Отранто, и прибыл на Крит лишь в сентябре, к концу галерного сезона. Имея 187 галер, 12 галеасов, 6 больших нефов (Военная энциклопедия, 1911-1914), союзники заняли выгодное положением между Кипром и Константинополем и могли бы при наличии единой воли атаковать турецкую эскадру на Родосе и двинуться к Кипру. Конечно, угрозу осуществлению такого плана могли составить силы турецкого флота под командованием Муэдзинзаде Али-паши, которые благоразумно остались в Морее. Но союзники даже не пытались приступить к практическим действиям. Долгие прения между командующим папским контингентом и главнокомандующим объединенными силами Марко Антонио Колонной, адмиралом испанских галер Джованни Андреа Дориа и венецианским флотоводцем Джироламо Зане привели к банальному опозданию: флот коалиции подошел к острову Кастелоризо только 22 сентября. И только там союзники узнали, что Никосия пала еще 9 сентября. Так почему же так мало времени продержалась крепость? Посмотрим, как были организованы ее осада и оборона.
28 июля 1570 года Лала Мустафа-паша разместил штаб своих сил на холмах к юго-востоку от крепости.
План осады Никосии. Пннардженти, 1573. (По клику – увеличенное изображение на отдельной вкладке. Взято с сайта Historic Cities)
Особой гордостью Мустафы были испанские шатры, в которых располагался штаб. Это были трофеи, захваченные Улуджем Али несколько месяцев назад в Тунисе. Перед личным шатром Мустафы на древках развевались трофейные знамена Габсбургов.
Командующие (бейлербеи) отдельных османских группировок со своими войсками разместились напротив четырех южных бастионов Никосии: Davila, Costanzo, Tripoli и Podocattaro (названия этих бастионов можно найти на приведенной ниже карте 1914 года, правда, в несколько ином написании)
Командующие (бейлербеи) отдельных османских группировок со своими войсками разместились напротив четырех южных бастионов Никосии: Davila, Costanzo, Tripoli и Podocattaro (названия этих бастионов можно найти на приведенной ниже карте 1914 года, правда, в несколько ином написании)
По приказу Мустафы для размещения артиллерии были построены редуты на холмах Санта Маргарита и Сан Джорджио. С этих позиций начался обстрел стен крепости. Одновременно в ночное время землекопы вели работы по отводу реки, питающей ров вокруг Никосии.
Осаждавшие построили также две временные крепости для обеспечения большей эффективности своей артиллерии, под прикрытием которой им удалось занять полуосушенный ров. Для дальнейшего продвижения османы начали рыть траншеи к стенам города, но не в прямом направлении, а зигзагами, чтобы исключить потери от анфиладного огня защитников крепости. Продвинувшись на 150 м, турки соорудили еще одну линию укрытий для артиллерийских орудий, из которых вели круглосуточный обстрел южных бастионов крепости. Однако стены пока выдерживали огонь осадных пушек, османы не добились никаких результатов, если не считать большого расхода боеприпасов.
Более эффективно выполняли свою работу турецкие аркебузьеры. Под их прикрытием вели непрерывную работу саперы и землекопы. Траншеи удалось довести до контрэскарпов. Для защиты от анфиладного огня сооружали земляные траверсы, высота которых почти равнялась высоте крепостных стен. В итоге осаждавшим удалось добраться до углов бастионов, и саперы приступили к методичным работам по уменьшению угла наклона крепостных стен, вырезая из них куски каменной обшивки.
Защитники крепости принимали все возможные контрмеры, чтобы осложнить работу саперов у основания бастионов. Сооружались деревянные помосты, выступающие за кромку стен бастионов, с круглыми бойницами в настиле, защищенные от огня противника деревянными же парапетами. Через отверстия вели огонь по работающим туркам. Однако эти сооружения не выдерживали артиллерийского огня противника и быстро приходили в негодность. Резко выросли при этом венецианские потери в живой силе.
Работы по подготовке приступа продолжались круглосуточно и, наконец, Мустафа решил провести первый штурм крепости. Это случилось 5 августа. Успеха турки добились лишь на бастионе Costanzo, где им удалось обратить в бегство защитников крепости. И только своевременное прибытие резервного отряда под командованием Paolo dal Guasto, сбросившего вниз прорвавшихся на бастион турок, предотвратило катастрофу. Османы возобновили артиллерийский обстрел бастионов.
Запрет Дандоло совершать вылазки для срыва работы саперов и землекопов вызывал недовольство среди осажденных. Некоторые командиры на свой страх и риск проводили такие операции. Например, это имело место ночью 10 августа, когда отряд из 300 человек ворвался в турецкие траншеи перед бастионом Davila и изгнал из них турецких солдат и рабочих. Дандоло отказался послать воинов для поддержки своих храбрецов, турки опомнились и под прикрытием артиллерии провели удачную контратаку. Несмотря на провал этой попытки, защитники Никосии провели еще несколько вылазок за спиной Дандоло. Самая известная произошла 17 августа. Когда турки, разморенные жарой, спали после обеда, более тысячи защитников Никосии, соблюдая полное молчание, вышли из ворот Фамагуста и обрушились на осаждавших. Им удалось захватить две батареи турок. И в этот раз Дандоло, получив известие, запретил выходить на помощь инициаторам вылазки, приказав закрыть все ворота крепости. Оставленные на произвол судьбы солдаты и офицеры понесли большие потери, но сумели вернуться под защиту крепостных стен.
Разочарованные и деморализованные подобным поведением Дандоло. защитники Никосии вынуждены были отказаться от идеи совершения дальнейших вылазок и контратак, сконцентрировав свои усилия на возведении новых линий обороны внутри крепости в районе бастионов, захват которых готовили турки. У них оставалась надежда, что помощь придет вовремя. Поэтому все предложения Мустафу на почетную сдачу решительно отвергались.
К началу сентября в осажденном городе начались болезни. Росло количество потерь от огня противника. Доля профессиональных военных среди защитников крепости постоянно снижалась. Их осталось всего несколько тысяч, в то время как для защиты всех бастионов требовалось не менее 20 тысяч человек. Чтобы хоть как то поддержать силы солдат, отряды ополченцев из числа ремесленников города занимали их позиции на период ночного сна. Мустафа прибег также к испытанному приему: надеясь на рост недовольства среди гражданского населения Никосии он организовал обстрел жилых кварталов и церквей во время воскресных служб. Стрелы с листовками, призывающими к сдаче, осыпали город.
Приступ следовал за приступом. Подкрепление не подходило. Надежды на удержание города таяли с каждым днем. Тогда полковник венецианской армии Подокаттаро предложил наместнику начать минирование бастионов. Дандоло ответил отказом.
Не все было в порядке и у Мустафы. Несмотря на неплохое по меркам того времени развитие осады, османскому командующему все труднее удавалось поддерживать непрерывное давление на противника. Венецианские кавалерийские отряды, находившиеся в Фамагусте, совершали регулярные рейды по тылам турецких войск, осаждавших Никосию. Быстро сокращались запасы боеприпасов и продовольствия. Росло число потерь, особенно среди янычар, которые шли в первых рядах при каждом приступе. Кроме того, приближалась зима, и если Никосию не удастся взять, вся кипрская кампания окажется под угрозой провала.
Лала Мустафа-паша решил пойти на рискованный шаг. Он обратился к командующим галерными эскадрами Муэдзинзаде Али-паше и Пиале-паше с запросом направить в помощь осаждавшим по 100 человек с каждой галеры флота. Турецкие флотоводцы ясно понимали, что, окажись поблизости флот христиан, все галеры турок будут беззащитны перед ним. Но угроза срыва всей кампании была налицо. 8 сентября 1570 года Муэдзинзаде Али лично прибыл в штаб Мустафы, ведя за собой 25 тысяч воинов с турецких галер. Мустафа поверил в свой успех. Он оповестил, что первые взошедшие на стены города получат щедрое вознаграждение.
Начался генеральный штурм Никосии.
Осаждавшие построили также две временные крепости для обеспечения большей эффективности своей артиллерии, под прикрытием которой им удалось занять полуосушенный ров. Для дальнейшего продвижения османы начали рыть траншеи к стенам города, но не в прямом направлении, а зигзагами, чтобы исключить потери от анфиладного огня защитников крепости. Продвинувшись на 150 м, турки соорудили еще одну линию укрытий для артиллерийских орудий, из которых вели круглосуточный обстрел южных бастионов крепости. Однако стены пока выдерживали огонь осадных пушек, османы не добились никаких результатов, если не считать большого расхода боеприпасов.
Более эффективно выполняли свою работу турецкие аркебузьеры. Под их прикрытием вели непрерывную работу саперы и землекопы. Траншеи удалось довести до контрэскарпов. Для защиты от анфиладного огня сооружали земляные траверсы, высота которых почти равнялась высоте крепостных стен. В итоге осаждавшим удалось добраться до углов бастионов, и саперы приступили к методичным работам по уменьшению угла наклона крепостных стен, вырезая из них куски каменной обшивки.
Защитники крепости принимали все возможные контрмеры, чтобы осложнить работу саперов у основания бастионов. Сооружались деревянные помосты, выступающие за кромку стен бастионов, с круглыми бойницами в настиле, защищенные от огня противника деревянными же парапетами. Через отверстия вели огонь по работающим туркам. Однако эти сооружения не выдерживали артиллерийского огня противника и быстро приходили в негодность. Резко выросли при этом венецианские потери в живой силе.
Работы по подготовке приступа продолжались круглосуточно и, наконец, Мустафа решил провести первый штурм крепости. Это случилось 5 августа. Успеха турки добились лишь на бастионе Costanzo, где им удалось обратить в бегство защитников крепости. И только своевременное прибытие резервного отряда под командованием Paolo dal Guasto, сбросившего вниз прорвавшихся на бастион турок, предотвратило катастрофу. Османы возобновили артиллерийский обстрел бастионов.
Запрет Дандоло совершать вылазки для срыва работы саперов и землекопов вызывал недовольство среди осажденных. Некоторые командиры на свой страх и риск проводили такие операции. Например, это имело место ночью 10 августа, когда отряд из 300 человек ворвался в турецкие траншеи перед бастионом Davila и изгнал из них турецких солдат и рабочих. Дандоло отказался послать воинов для поддержки своих храбрецов, турки опомнились и под прикрытием артиллерии провели удачную контратаку. Несмотря на провал этой попытки, защитники Никосии провели еще несколько вылазок за спиной Дандоло. Самая известная произошла 17 августа. Когда турки, разморенные жарой, спали после обеда, более тысячи защитников Никосии, соблюдая полное молчание, вышли из ворот Фамагуста и обрушились на осаждавших. Им удалось захватить две батареи турок. И в этот раз Дандоло, получив известие, запретил выходить на помощь инициаторам вылазки, приказав закрыть все ворота крепости. Оставленные на произвол судьбы солдаты и офицеры понесли большие потери, но сумели вернуться под защиту крепостных стен.
Разочарованные и деморализованные подобным поведением Дандоло. защитники Никосии вынуждены были отказаться от идеи совершения дальнейших вылазок и контратак, сконцентрировав свои усилия на возведении новых линий обороны внутри крепости в районе бастионов, захват которых готовили турки. У них оставалась надежда, что помощь придет вовремя. Поэтому все предложения Мустафу на почетную сдачу решительно отвергались.
К началу сентября в осажденном городе начались болезни. Росло количество потерь от огня противника. Доля профессиональных военных среди защитников крепости постоянно снижалась. Их осталось всего несколько тысяч, в то время как для защиты всех бастионов требовалось не менее 20 тысяч человек. Чтобы хоть как то поддержать силы солдат, отряды ополченцев из числа ремесленников города занимали их позиции на период ночного сна. Мустафа прибег также к испытанному приему: надеясь на рост недовольства среди гражданского населения Никосии он организовал обстрел жилых кварталов и церквей во время воскресных служб. Стрелы с листовками, призывающими к сдаче, осыпали город.
Приступ следовал за приступом. Подкрепление не подходило. Надежды на удержание города таяли с каждым днем. Тогда полковник венецианской армии Подокаттаро предложил наместнику начать минирование бастионов. Дандоло ответил отказом.
Не все было в порядке и у Мустафы. Несмотря на неплохое по меркам того времени развитие осады, османскому командующему все труднее удавалось поддерживать непрерывное давление на противника. Венецианские кавалерийские отряды, находившиеся в Фамагусте, совершали регулярные рейды по тылам турецких войск, осаждавших Никосию. Быстро сокращались запасы боеприпасов и продовольствия. Росло число потерь, особенно среди янычар, которые шли в первых рядах при каждом приступе. Кроме того, приближалась зима, и если Никосию не удастся взять, вся кипрская кампания окажется под угрозой провала.
Лала Мустафа-паша решил пойти на рискованный шаг. Он обратился к командующим галерными эскадрами Муэдзинзаде Али-паше и Пиале-паше с запросом направить в помощь осаждавшим по 100 человек с каждой галеры флота. Турецкие флотоводцы ясно понимали, что, окажись поблизости флот христиан, все галеры турок будут беззащитны перед ним. Но угроза срыва всей кампании была налицо. 8 сентября 1570 года Муэдзинзаде Али лично прибыл в штаб Мустафы, ведя за собой 25 тысяч воинов с турецких галер. Мустафа поверил в свой успех. Он оповестил, что первые взошедшие на стены города получат щедрое вознаграждение.
Начался генеральный штурм Никосии.
- ← Назад
К читателям журнала - Дальше →
Кипрская война