Весло и парус

Моряка бить нельзя

Я не планировал, да и сейчас не планирую, углубляться в тонкости морского права, так как в этом области совершеннейший профан. Но некоторые вопросы все-таки придется затронуть, чтобы сделать более наглядными изменения, которые претерпело положение моряка на борту галеры за века ее существования. Кроме того, старые документы по морскому праву содержат интересные сведения, касающиеся не только юриспруденции, но и, так сказать, «материальной части» галер. Вот небольшой пример.    Речь пойдет о статье XXVIII из Ordinamenta et consuetudo maris , первого, как считают, кодекса современного морского права, составленного в итальянском городе Трани в 1063 г.   Сейчас Трани – небольшой город в Апулии, на адриатическом побережье Италии, известный туристический центр и родина неплохого вина Moscato di Trani. В Средние века тамплиеры избрали его основной перевалочной базой на пути в Святую землю, что привело к процветанию тамошнего порта и возникновению  большого сообщества моряков. В 1063 г. там был обнародован "Ordinamenta et Consuetudo Maris, edita per Consules Civitatis Trani" – сборник решений консулов Корпорации мореплавателей Трани по важнейшим вопросам правового положения моряков. Дата эта оспаривается некоторыми исследователями, так как подлинные манускрипты сгорели в 1799 г. во время захвата города французами. Единственным источником стали Статусы Фермо, другого порта средневековой Италии на адриатическом побережье, в которых этот документ был обнаружен в 1506 г. и опубликован годом позже. Ordinamenta состоят из 32 статей. Нас, как мы уже отметили, будет интересовать статья XXVIII. Вот ее текст:

Nisuno patrone non possa bactere nisuno marinaro; ma lo marino deve scampare et gire de prode denanze a la catena del remigio , et deve dire : Dala parte dela mia signoria non me toccate , tre velte. Et se lo patrone passasse la catena per bacterlo , lo marino se deve defendere ; et se lo marinaro occidesse el patrone non sia tenuto ad banno.

Текст этого отрывка, как и всего документа, написан на итальянском языке. Правда, тот факт, что заголовок документа написан на латыни, а также приличное количество латинских терминов в самом тексте, дает основание многим исследователям считать, что и весь документ был первоначально составлен на латинском. Обилие же слов на венецианском диалекте, а также тот факт, что первая печатная публикация Ordinamenta была осуществлена в Венеции наталкивает на мысль, что именно в Венеции и был осуществлен перевод.  

При переводе текста приведенного отрывка на русский язык возникает несколько вопросов. Во-первых, значение термина patrone. Словарь венецианского диалекта дает однозначный перевод: Nave patrona - Nave capitana. Однако контекст всего документа показывает, что этим термином может обозначаться не только капитан судна, но и хозяин, и судовладелец. Поэтому и мы так будем понимать это слово. Второй вопрос, это форма обращения mia signoria. То ли это обращение к господу богу (ради бога) то ли к суверену, наподобие английского «In the king's name», то ли еще какой-то другой вариант. Мне удалось найти трактовки этого места, сделанные еще в позапрошлом веке, правда, достаточно авторитетными авторами. Редактор и комментатор четырехтомной  «The Black Book of the Admiralty» сэр T.Twiss считает, что это обращение аналогично английской фразе " In the king's name." А составитель и редактор шеститомной «Collection des Lois Maritimes Anterieures au XVIIIe siecle» Pardessus уверен, что здесь все же обращение к богу. Хотя ни тот, ни другой не последовательны в своих утверждениях. Так в одном из переводов, помещенных у Twiss’а есть такая форма рассматриваемого обращения: «In the name of my Lord».   lantse , коллега по сообществу ru_middle_ages , подсказала ссылку на более современную статью, которая несколько по иному трактует этот вопрос. Если кого заинтересует обсуждение этой стороны вопроса, можно зайти в упомянутое сообщество на соответствующий пост. На русском языке в вольном пересказе ( не рискую делать буквальный перевод, ни в коей мере не считая себя экспертом в итальянском языке XI века) текст этой статьи можно представить так: Никакой хозяин (судовладелец, капитан – определяется из контекста) не может бить моряка. Если такое намерение будет проявлено, моряк должен бежать на бак, на границе которого (обозначенного цепью или перекладиной – это вопрос технический, он решается по другим источникам) он должен трижды прокричать «Ради бога, не бейте меня!»; и если хозяин все же попытается побить моряка, последний может прибегнуть к самозащите и не понесет никакого наказания даже в случае, если хозяин будет убит.

Ordinamenta из Трани явились первым документом, который сделал всех моряков на борту корабля свободными людьми, способными защищать свое достоинство. Эта норма перешла и в более поздние кодексы, правда, постепенно смягчаясь и обрастая дополнительными условиями. В частности, в Каталонское морское право, главным памятником которого является «Книга морского консульства» (("Libro del Consulat del Mar", XIII в.). Однако Consulat del Mar не доходил до такой степени защиты моряка, чтобы разрешить убийство хозяина. Кроме того, в Каталонском праве требовалось наличие свидетелей, подтверждающих, что хозяин пересек границу бака.

Есть и другие интересные подробности, связанные с XXVIII статьей Ordinamenta. Но мы сейчас в эту тему углубляться не будем, а рассмотрим существенный для нас вопрос, где находилась и что собой представляла та граница, за которой капитан не волен был бить своих моряков. Правда будет это уже в следующий раз.