Качества галер - Людовик XIV
Людовик XIV и галеры
Поддержка кардиналом Ришелье галер как составной части французской морской мощи уже сама по себе была достаточна для того, чтобы заглушить ропот несогласия со стороны растущего числа моряков, имевших опыт плавания в открытом море, которые скептически высказывались относительно ценности галер для боевых действий. Уместно спросить, могли ли советы кардинала Ришелье спустя два с лишним десятилетия после его смерти определять долгосрочные цели Людовика XIV, являться полезной программой для строительства его флота. За этот период, даже с учетом относительно невысоких темпов развития техники в ту эпоху, произошли значительные изменения. Подтвердились старые и возникли новые обстоятельства, накладывавшие ограничения на оперативное использование галер и снижавшие общую их привлекательность. В то же время каких-либо значительных положительных изменений в боевом потенциале гребных судов не произошло. Но юный король Людовик XIV и его советники, очевидно, верили, что галеры все еще обладают многими полезными качествами. По причинам, рассмотренным выше, практически каждая средиземноморская держава того времени использовала гребные суда. Франция на Средиземном море должна была противостоять Испании и государствам Северной Африки; галеры были полезны как против тех, так и против других. Поэтому не стоило ожидать от Людовика XIV отказа от использование галер или хотя бы сокращения масштабов их применения.
В начале 1660-х годов стало ясно, что правительство Людовика XIV намерено развивать строительство галерного флота в широких масштабах. Ветерану Мальтийского ордена шевалье де ля Гетту (de la Guette) было поручено руководство работами по воссозданию обновленной средиземноморской базы галер. Директивы, врученные ему позже, в 1663г., вполне определенно свидетельствовали о решимости Людовика, «использовать все возможные средства для восстановления численности, боевой мощи и репутации Галерного корпуса, демонстрировали уверенность короля в том, что галеры являются «важнейшей силой флота, которая может иметь величайшее значение в войне. В мирное время галеры могут внести исключительно большой вклад в восстановление торговли как внутри королевства, так и за его пределами путем обеспечения свободы мореплавания и очищения Средиземного моря от всех корсаров.» На первый взгляд эта оценка галер может показаться излишне эмоциональной. Но именно такие высокие оценки должны были обеспечить галерам приоритет в жизненно важном вопросе распределения расходов на оборону: если в 1662 г траты на галеры, как писал Огюстен Жаль в своем исследовании эпохи адмирала Дюкена, составили около 25 % общих расходов на флот, то в 1663 г. на гребные суда пошло более 50% ассигнований на эти нужды.
Следуя традициям кардинала Ришелье, юный король направил на Мальту миссии во главе с рыцарями ордена, которым следовало определить наилучшие варианты строительства галер и комплектования их личным составом. Великий Магистр ордена Николас Котонер, был сначала доволен, услышав, что молодой король Франции ревностно взялся за достижение целей, которые были близки крестоносным устремлениям его ордена. Котонер был прежде всего рыцарем ордена, а не простым смертным, чтобы дать волю своему испанскому происхождению и воздержаться от оказания помощи Людовику, даже если принять во внимание возможность использования в свое время флота, который строил Людовик, против Испании. Эмиссару Людовика XIV было позволено купить рабов, в которых он нуждался. Взамен из Франции пришло обещание, что Людовик благосклонно отнесется к предложениям Котонера о «всех действиях, которые могут быть предприняты» судами и галерами Франции против корсаров варварских стран, « будь это рейды с целью захвата рабов, или же боевые действия против их судов или укрепленных портов и городов.» Людовик также предложил проведение совместных экспедиций галер Ордена и Франции против корсаров Северной Африки. Результат операции, предпринятой в 1664 г. в развитие этой инициативы оказался плачевным. Несмотря на то, что первоначально французские войска общей численностью до 6000 человек под руководством командующего французским флотом на Средиземном море герцога де Бофора и графа де Гаданя сумели овладеть оплотом алжирских пиратов крепостью Джиджелли, однако в дальнейшем были выбиты оттуда с тяжелыми потерями в живой силе. Впрочем, об этом более подробно можно прочитать у Дюма в «Виконте де Бражелоне»
С начала прямого правления Людовика XIV его правительство энергично взялось за развитие флота, особенно Галерного Корпуса, хотя представляется, что советники короля вносили в этот процесс больший вклад, чем сам юный Луи. Возможно, известное высказывание Людовика об «отсутствии интереса к морским делам» уже тогда частично выражало его наклонности, но к развитию основных инструментов своей политики Людовик подходил ответственно и в этой сфере ему нужно доверять. Он несомненно был нетерпелив, как обычно все молодые люди, стремился к достижению немедленных результатов, свершению славных дел. В этом отношении можно понять «крайнее нетерпение» Кольбера получить полный отчет о захвате королевскими галерами североафриканского корсара в 1662 г. «Если этот захват подтвердится, - говорит Кольбер, - то мы получим двойную выгоду: (во-первых), у нас будут турки, чтобы усилить ряды наших гребцов, и (во-вторых) даже малый успех может помочь заинтересовать короля делами флота.» Здесь следует отметить что словом турки, les Turcs, называли вообще всех рабов, использовавшихся на галерах Франции, хотя этнические турки не имели среди них большинства. Как правило, основную массу рабов этой категории составляли выходцы из Северной Африки.
Выделение денежных средств на нужды флота в 60-е годы было уже значительным, но Кольбер понимал, что энтузиазм короля можно подогреть докладами о победах на море. Однако следующие несколько лет, пожалуй даже целое десятилетие, принесли мало выдающихся побед, которых жаждали король и его советники. Французские галеры в бою были достаточно активны только лишь на второстепенных ролях; у них были выявлены лишь отдельные сильные и много слабых сторон. Но знание ограниченных возможностей галер не удержало Людовика XIV от принятия решения о расширении Корпуса – сначала до 30, затем до 40 и, наконец, до более чем 50 галер в 1690 г. Такое увеличение не могло быть оправданным ни боевыми возможностями галер, ни тактическими соображениями. В основе последовательных решений об увеличении численности галерного флота должны были лежать другие побудительные причины. Вот некоторые из них.
Галеры имели уникальные качества, привлекавшие чувствительного Людовика XIV и офицеров, которые получали удовольствие от затейливых парадов. Галеры могли выглядеть стремительными и эффектными, если сравнивать их с большими парусниками. Французские галеры, особенно флагманские корабли, были расписаны, украшены бахромой, флагами, золотыми тканями, изящными работами краснодеревцев и скульптурами Пьера Пюже (Pierre Puget). Кольбер сам сказал, что он считал их великолепными: «ничто, - говорил он,- так не радует глаз, ничто так ясно не свидетельствует о величии короля». Конечно, имелись скептики, которые утверждали, что бахрома и вычурные скульптуры, которые размещались на некоторых кораблях и галерах Людовика, были весьма нежелательны – они находились не на месте, как считали некоторые, или удорожали строительство судов, как объясняли свою позицию другие. И все же королевские галеры, на которых находились работы Пюже, вызывали восхищение.
Военные характеристики галер, вероятно, особенно интересовали власти во Франции XVII века. Сражения галер переходили в рукопашные схватки – не случайно участвующие в этих сражениях воины были названы Кольбером галерной пехотой (infanterie des galères). Галерные маневры и парады походили на такие же церемонии, проводимые в сухопутных войсках. Галеры были самым «послушным» и повинующимся управлению из всех морских судов. Они быстро исполняли команды своих офицеров, могли на веслах выполнять точные и сложные эволюции и часто принимали участие в ритуалах и пышных представлениях на воде. Галеры могли приводиться в движение веслами и при ветре, и в мертвый штиль, благодаря организованной мускульной силе людей. Гребное судно должно было привлекать симпатии военных и представителей аристократии, которые любили повелевать и привыкли, чтобы им повиновались и служили. На галерах были представлены все три сословия Франции. Известные дворянские семейства добровольно направляли сыновей для службы в Корпусе, даже в качестве младших офицеров или волонтеров без денежного содержания. Рядом с этими аристократами находились представители первого сословия - судовые священники – последователи св. Винсента де Поля (главного капеллана галер с 1619 г.), в большей своей части состоящие в конгрегации миссионеров, прозванных «лазаристами». Сотрудничество офицеров-аристократов и этих священнослужителей обеспечивало церковно-государственную командную структуру на борту галер.
Галеры имели еще одну полезную для государственной власти функцию: каждая французская галера была тюрьмой. База в Марселе была фактически превращена в крупный институт по исполнению наказаний. Тюрьмы XVII века были обычно местным учреждением, иногда управляемым муниципалитетами или сеньорами. Но галеры были королевской, центральной для всей Франции тюрьмой. Следовательно, офицеры на галерах были всегда не только боевыми офицерами, но и тюремными надзирателями, Эта двойная роль в то время не унижала достоинство, но наоборот, могла повысить авторитет офицера на службе королю.
О роли галеры как королевской тюрьмы поговорим в следующий раз.- ← Назад
Качества галер - Ришелье - Дальше →
Качества галер - тюрьмы