Кипрская война
Кипр между дипломатами и разведчиками
Шпионы подобны букве ять: нужны они только в некоторых случаях, но и тут можно без них обойтись...
А. С. Пушкин
Что такое шпионство? Это обидное слово и ничего более. Шпион, соглядатай - это употребляется в военное время против неприятеля, а в мирное время ничего этого нет!..
Лесков. Смех и горе
Итак, мы остановились на прибытии в воды Кипра в сентябре 1568 года галерного флота Османской империи в составе шестидесяти четырех галер.
Карта из Военной энциклопедии 1911-1914 гг.
Представители кипрской администрации поднялись на борт галеры Муэдзинзаде Али-паши с положенным в таких случаях протокольным визитом вежливости. Сохранились записи о состоявшейся в его ходе беседе. Обращает на себя внимание акцент, который Али-паша делал на новой крепости, строительство которой ускоренными темпами велось в Никосии под руководством итальянского военного инженера Джулиано Саворньяно. Итальянец сократил границы города с девяти миль до трех, отдалив, таким образом, крепостные стены от окружающих Никосию возвышенностей, и укрепил их одиннадцатью бастионами.
План Никосии. Гравюра Henry de Beauvau, 1615 г. По клику – увеличенное изображение на отдельной вкладке. Взято с сайта Historic Cities
Али-паша пытался внушить собеседникам, что нет никакой необходимости в строительстве новой крепости, между Венецией и Портой заключен мир, а если вдруг Кипр подвергнется атаке со стороны испанцев, то султан всегда придет на помощь Светлейшей. Не менее изобретательны были и венецианские собеседники. Они уверяли пашу, что строительство крепости - это лишь способ обеспечить рабочие места для жителей острова, ничего больше. (Действительно, дипломатия всегда была средством для сокрытия истинных намерений сторон.)
Затем османский флот направился в Фамагусту, где состоялась беседа с комендантом города Марко Микелем, который был настолько дружелюбен, что устроил туркам экскурсию по всем укреплениям города.
Тем временем группы турок с галер флота расползлись по всему острову, прикрывая свою секретную шпионскую миссию наивным предлогом поиска античных колонн для одного из дворцов султана.
Спустя некоторое время Али-паша со своим флотом вернулся в Константинополь с обстоятельным докладом султану. Кампания 1568 года подходила к концу, начинать боевые действия осенью не имело смысла.
В течение следующего года проходила активная подготовка турецкого флота, однако в европейских столицах еще оставались сомнения, предназначен ли этот флот для захвата Кипра, или для помощи восставшим морискам в Испании. Только в Венеции твердо знали о истинных намерениях Порты. Доклады байло Маркантонио Барбаро были вполне определенны: турки готовят поход на Кипр. Эти доклады были основаны не на слухах, а на глубоком анализе стратегических целей турок. И речь в этих донесениях шла не столько о происках «винного лобби» во главе с Иосифом Наси (который к тому времени получил еще и монополию на заготовку древесины для винных бочек), а о действительных причинах, которые могут толкнуть турок на захват Кипра.
Каковы же, кратко, военно-политические угрозы туркам, исходящие с Кипра:
– власти Кипра предоставляли базы и убежища для западноевропейских корсаров и пиратов; когда в 1569 году пираты захватили корабль, перевозивший дефтердара (казначея) Египта, Селим II впал в бешенство и отбросил все сомнения относительно судьбы Кипра;
– остров находился совсем близко к анатолийскому побережью; каждый раз, предпринимая очередную военную кампанию, турки вынуждены были оставлять большой контингент сил против возможного удара с тыла, с территории Кипра;
– Кипр находился с центре так называемой «проблемы контрабандистов». В середине XVI века Ближний Восток уже не был житницей всего Средиземноморья, производимого там зерна едва хватало для покрытия местных потребностей. Турки неоднократно вводили запрет на экспорт местного зерна, отчетливо понимая, что голод – это спусковой крючок социальных беспорядков и нестабильности. Гнездом зерновых контрабандистов являлся Кипр. Он же представлял угрозу перевозкам хлеба между Александрией и Стамбулом.
– Кипр являлся помехой для беспрепятственной переброски османских ресурсов с севера на юг; именно на юге, в Красном море торговым маршрутам османов угрожали португальцы, наращивающие свое агрессивное присутствие в Ормузском проливе и Индийском океане.
– Наконец, с Кипра можно было контролировать все маршруты паломников из Константинополя к святым места Мекки и Медины, защитником которых османы объявили себя в 1517 году.
Помимо этого, великая стратегия Порты предполагала координацию всех усилий на Средиземном море и в Азии, создание возможности быстрого маневра силами и средствами. Для реализации этой стратегии турки стремились постоить Волго-Донской канал и соединить Суэцким каналом Красное и Средиземное моря. Эти два инженерных проекта позволили бы туркам создать обходные пути вокруг Сефевидской империи и быстро доставить военные и экономические ресурсы в любой регион вплоть до Персидского залива.
Для достижения всех этих целей Кипр должен был стать турецким, неважно каким способом: договорным или военным.
Затем османский флот направился в Фамагусту, где состоялась беседа с комендантом города Марко Микелем, который был настолько дружелюбен, что устроил туркам экскурсию по всем укреплениям города.
Тем временем группы турок с галер флота расползлись по всему острову, прикрывая свою секретную шпионскую миссию наивным предлогом поиска античных колонн для одного из дворцов султана.
Спустя некоторое время Али-паша со своим флотом вернулся в Константинополь с обстоятельным докладом султану. Кампания 1568 года подходила к концу, начинать боевые действия осенью не имело смысла.
В течение следующего года проходила активная подготовка турецкого флота, однако в европейских столицах еще оставались сомнения, предназначен ли этот флот для захвата Кипра, или для помощи восставшим морискам в Испании. Только в Венеции твердо знали о истинных намерениях Порты. Доклады байло Маркантонио Барбаро были вполне определенны: турки готовят поход на Кипр. Эти доклады были основаны не на слухах, а на глубоком анализе стратегических целей турок. И речь в этих донесениях шла не столько о происках «винного лобби» во главе с Иосифом Наси (который к тому времени получил еще и монополию на заготовку древесины для винных бочек), а о действительных причинах, которые могут толкнуть турок на захват Кипра.
Каковы же, кратко, военно-политические угрозы туркам, исходящие с Кипра:
– власти Кипра предоставляли базы и убежища для западноевропейских корсаров и пиратов; когда в 1569 году пираты захватили корабль, перевозивший дефтердара (казначея) Египта, Селим II впал в бешенство и отбросил все сомнения относительно судьбы Кипра;
– остров находился совсем близко к анатолийскому побережью; каждый раз, предпринимая очередную военную кампанию, турки вынуждены были оставлять большой контингент сил против возможного удара с тыла, с территории Кипра;
– Кипр находился с центре так называемой «проблемы контрабандистов». В середине XVI века Ближний Восток уже не был житницей всего Средиземноморья, производимого там зерна едва хватало для покрытия местных потребностей. Турки неоднократно вводили запрет на экспорт местного зерна, отчетливо понимая, что голод – это спусковой крючок социальных беспорядков и нестабильности. Гнездом зерновых контрабандистов являлся Кипр. Он же представлял угрозу перевозкам хлеба между Александрией и Стамбулом.
– Кипр являлся помехой для беспрепятственной переброски османских ресурсов с севера на юг; именно на юге, в Красном море торговым маршрутам османов угрожали португальцы, наращивающие свое агрессивное присутствие в Ормузском проливе и Индийском океане.
– Наконец, с Кипра можно было контролировать все маршруты паломников из Константинополя к святым места Мекки и Медины, защитником которых османы объявили себя в 1517 году.
Помимо этого, великая стратегия Порты предполагала координацию всех усилий на Средиземном море и в Азии, создание возможности быстрого маневра силами и средствами. Для реализации этой стратегии турки стремились постоить Волго-Донской канал и соединить Суэцким каналом Красное и Средиземное моря. Эти два инженерных проекта позволили бы туркам создать обходные пути вокруг Сефевидской империи и быстро доставить военные и экономические ресурсы в любой регион вплоть до Персидского залива.
Для достижения всех этих целей Кипр должен был стать турецким, неважно каким способом: договорным или военным.