Весло и парус

Кипрская война

От Корфу до Крита


Планы и предначертания сыплются как из рога изобилия, а осуществлять их неведомо как: "всякий бестия на своем месте", и всяк стоит за свою шкуру. Без одной руководящей и притом смело руководящей воли в нашем хаосе нельзя, и воля эта должна быть ауторизована, ответ ее должен быть ответ Пилата жидам: "еже писах - писах"; тогда и возможно все: и всяческое благоустройство, и единодействие... и все. А у нас...
          Н.С.Лесков. Смех и горе


Мы только что узнали, насколько сложны были политические процессы, сопровождающие формирование христианской Лиги, как много подводных камней угрожало крушением еще не созданному союзному флоту. Не меньше проблем возникало и при сборе средств на создание объединенного флота.

Конечно же, не все зависело от денег. Существовали и духовные стимулы, особенно значимые в ту эпоху. Папа Пий V в своем послании sub anulo piscatoris («под печатью рыбака»; речь идет о кратких посланиях, бреве, папы, скрепленных печатью с изображением св. Петра в лодке, которые пишутся на латыни) от 10 июня 1570 года, обращенному к капитан-генералу венецианского флота (classis inclytae Venetorum reipublicae capitaneus generalis) Джироламо Зане, пишет о своем разрешении направить на корабли столько священников, сколько необходимо для отправления всех религиозных потребностей солдат и матросов флота, уходящего на войну с турками. Одновременно нонский епископ (Нона, современный Нин в Хорватии), который был пастырем венецианского флота в Заре, дал отпущение грехов всем militantes contra Turcas и даровал им индульгенции (бесплатно, ибо пару лет назад Пий V запретил брать деньги за индульгенции).

Но не духом единым… Буквально на следующий день, назначая Маркантонио Колонну капитан-генералом флота его святейшества, папа положил ему денежное содержание в 600 папских скудо (по курсу 1 скудо – 10 серебряных паоло (грошей)). Кроме того, ему выделялись средства для содержания десяти воинов lanze spezzate и 24-х алебардистов (halberdiers) в качестве телохранителей. Заодно к должности прилагалось множество прав, привилегий и почестей в дополнение к неограниченной власти над всеми командирами и экипажами галер Папского государства.


Портрет алебардиста. Иероним Босх Museo del Prado, Madrid, Spain
(p.s. - обсуждение достоверности подписи к картине - в комментах)


Одновременно (17 июня 1570 года) на Кипр, в Фамагусту направился Паллавичино Рангоне с одной тысячей дукатов на выплату жалованья и обеспечение обороны острова. Однако он дошел только до Крита и решил дальше не следовавть, так как на Кипре уже начались боевые действия.

22 июля 1570 года, накануне отхода флота Джироламо Зане на Крит, он получил очень важное известие от дожа и Сената Венеции: турецкий флот с армией вторжения на борту вышел в море с целью захвата Кипра. Зане получил приказ «любыми способами», вместе с эскадрами папы и испанского короля или без них, защитить остров


Джироламо Зане. Работа Parrasio Micheli


Сообщение пришло слишком поздно. Две эскадры Пиале-паши с армией во главе с Муэдзинзаде Али-пашой на борту (34 тыс. человек. из которых 12 тыс. – кавалерия) уже вышли из залива Анталья. Впрочем, здесь мы должны оговориться. Точные цифры состава десанта, количества галер и транспортных судов, даты отправки их и прибытия на Кипр значительно меняются от источника к источнику. Причиной тому, как обычно, является «журналистский флуд», появившиеся после войны многочисленные воспоминания людей, которые объявили себя ее участниками. Впрочем, даже если бы они и участвовали в тех событиях, то вряд ли могли иметь представление о всех характеристиках вооруженных контингентов противоборствующих сторон. Тем не менее, первая высадка турецких войск на Кипр датируется достаточно единодушно – 1 (2?) июля 1570 года.

Таким образом, сообщение о турках Зане получил тогда, когда армия под командованием Лала Мустафы уже подступала к Никосии. Зане во главе своего флота направился на Крит, куда он прибыл 4 августа.


Маршрут венецианской эскадры галер от Корфу до Крита


Пройдя примерно 460 морских миль (850 км) за 12 дней, эскадра галер Зане показала скорость 38 миль (71 км) в сутки, что по порядку величины совпадает с аналогичными показателями перехода Зара-Корфу. Правда, в докладе Сфорца Паллавичини дожу Венеции, который он сделал после окончания кампании, говорилось, что галеры покинули Корфу 27 июля, а прибыли на Крит 31 июля, однако это вряд ли соответствовало действительности. Паллавичини вообще часто путается в датах, это и понятно. Он был солдат, а не историк. Его больше интересуют стратегические ошибки, приведшие к провалу кампании, поэтому он мало внимания уделяет деталям. Мы будем придерживаться дат, приведенных в работе Контарини как наиболее достоверном источнике. Следует еще принять во внимание, что по пути галеры заходили на Кефалонию и Занте (Закинф), где взяли на борт новых гребцов. Контарини также указывает, что 2 августа эскадра Зане заходила в порт Модон.

На Крите Зане получил письмо Сената, одобренное на заседании 26 июля, в котором капитан-генералу предписывалось дожидаться эскадр Колонны и Дориа, и вместе с тем, на него лично возлагалась вся ответственность за экспедицию союзного флота. Еще один парадокс этой войны: главкомом является Колонна, но ему фактически не подчиняются ни галеры Зане, ни галеры Дориа, имеющие на этот счет особые указания своих правительств. Особенно показательна в этом роль командующего испанской эскадрой Джованни Андреа Дориа. Он не скрывал, что не верит в успех экспедиции и готовил пути отступления заранее. Находясь на Сицилии, в Мессине Дориа в письме королю Филиппу II от 11 августа 1570 года просил разрешения выйти из подчинения Маркантонио Колонне, если появится явная угроза возможных потерь среди галер, подчиненных генуэзцу. Такие угрозы отыскать было совсем не трудно. Дориа не любил Колонну, боялся Улуджа Али-паши, и своей целью втайне считал нанесение удара по Тунису, воспользовавшись занятостью турок на Кипре.